Abstract
<jats:p>Статья посвящена анализу избирательной кампании в сельские советы Приморской губернии, проходившей в феврале 1923 г. На основе архивных материалов Российского государственного исторического архива Дальнего Востока (фонды Приморского губревкома и Дальревкома) рассматриваются ключевые проблемы формирования советской системы местного самоуправления в регионе. Автор выделяет три группы трудностей: связанные с применением общероссийских норм представительства в условиях малонаселенного Приморья, организационные недостатки избирательного процесса и низкую заинтересованность населения в выборах. Показано, что губернские власти, пользуясь относительной самостоятельностью чрезвычайных органов (ревкомов), пошли на понижение норм представительства, что позволило частично избежать проблем, которые возникли в других регионах (например, в Сибири). Анализируются конкретные нарушения в ходе кампании, демонстрирующие слабость избирательных комиссий и влияние зажиточных слоев деревни на исход голосования. Автор приходит к выводу, что итогом кампании стали практически полностью беспартийные сельсоветы, состав которых часто оказывался неудовлетворительным для власти.</jats:p> <jats:p>This article analyzes the election campaign for rural councils in Primorye Province, held in February 1923. Drawing on archival materials from the Russian State Historical Archives of the Far East, the study examines key problems in the formation of the Soviet system of local self‑government in the region. The author identifies three groups of difficulties: applying all‑Russian representation norms in sparsely populated Primorye, organizational shortcomings of the electoral process, and the low level of public interest in the elections. The author shows that the provincial authorities, taking advantage of the relative autonomy of the emergency organs (revkoms), reduced the representation norms, which made it possible to partially avoid the problems that arose in other regions (e.g., Siberia). Specific violations during the campaign are analyzed, demonstrating the weakness of the electoral commissions and the influence of prosperous peasant strata on the election outcome. The author concludes that the campaign produced almost completely non‑party rural councils, whose composition often proved unsatisfactory to the authorities.</jats:p>